Роль холина в профилактике когнитивных нарушений у женщин с угасающей репродуктивной функцией

В жизни каждой женщины наступает период угасания репродуктивной функции, именуемый менопаузой. Менопауза обычно наступает примерно в возрасте 50 лет, но в некоторых случаях может наступить в возрасте от 41 до 45 лет (ранняя менопауза) или даже в возрасте 40 лет (преждевременная менопауза) [1]. Ранняя менопауза может наступить естественным путем или быть вызвана химиотерапией или хирургическими вмешательствами, такими как двустороннее удаление яичников [1]. Снижение выработки эстрогенов и, как следствие, повышение уровня фолликулостимулирующего гормона приводят к атрофии фолликулов, которая является основной причиной менопаузы [2]. К сожалению, на данный момент отмечается «омоложение» возраста менопаузы, а первые признаки нарушения менструального цикла у каждой второй женщины появляются до 35 лет.

Менопауза — это не просто прекращение менструальных циклов или приливы жара (что является проявлением патологических изменений – климактерического синдрома). Это период глубоких гормональных изменений, которые могут вызывать целый ряд симптомов: от проблем со сном до тревожности, плохого настроения, остеопороза, саркопении, снижения когнитивных функций и проблем с памятью. Эти последствия могут кардинально изменить жизнь женщины и привести к социальной изоляции, напряженным отношениям и снижению работоспособности [3]. Менопауза развивается поэтапно и характеризуется уникальными эндокринными перестройками, которые влияют на процессы старения в различных системах органов, включая головной мозг [4]. В процессе угасания репродуктивной функции в организме женщины происходит не только репродуктивный, но и неврологический переход, о чем свидетельствует тот факт, что многие симптомы менопаузы имеют неврологическую природу, например приливы, нарушения сна, перепады настроения и забывчивость [4].

Эстрогены и головной мозг

В головном мозге находится большое количество различных форм эстрогеновых рецепторов, которые наиболее широко представлены в зонах, отвечающих за память и когнитивную функцию. Примечательно, что ухудшение памяти и когнитивная дисфункция проявляются не только из-за уменьшения количества эстрогеновых рецепторов, но и за счет нарушений соотношения этих рецепторов [5].

Эстрогены реализуют свой эффект посредством ряда нейротрансмиттеров, таких как норадреналин, глутамат, ацетилхолин, серотонин. Эстрогены обладают нейропротекторным и нейротрофическим эффектами за счет усиления синаптической пластичности, роста нейронов, активации нейрогенеза в гиппокампе, а также защищая нейроны от повреждения и апоптоза. Доказано антиоксидантное действие эстрогенов в головном мозге за счет ингибирования синтеза свободных радикалов и усиления репарации ДНК [6]. Была обнаружена протективная способность эстрадиола в отношении нейродегенерации при болезни Альцгеймера, являющейся на данный момент наиболее распространенной причиной деменции [7].

Доказано, что менопаузальный период характеризуется снижением рабочей активности в 8,4 раза, а стресс на работе из-за менопаузальных симптомов (вазомоторных, когнитивных, урогенитальных) все чаще становится весомой причиной для принятия решения о завершении карьеры [5].

На сегодняшний день связь между половыми женскими гормонами и психическим здоровьем очевидна [9]. Эстрадиол обладает способностью к регуляции синтеза, метаболизма и проявления эффектов классических нейротрансмиттеров, таких как серотонин, дофамин и норадреналин. Также выявлено стимулирующее действие эстрогена на нейротрофический фактор головного мозга, являющийся важным нейропротекторным веществом, дефицит которого доказан в патогенезе депрессии. Прогестерон и его метаболит аллопрегненалон способны ингибировать синаптическую передачу, стимулируя ГАМК-эргическую систему и реализуя тем самым анксиолитический эффект, схожий с действием бензодиазепинов [3].

Хорошо известно, что серотонинергические пути играют важную роль в возникновении депрессии и тревоги, а эстрадиол играет роль в модуляции серотонина [9]. Рецепторы прогестерона также в изобилии присутствуют в головном мозге, хотя имеются менее последовательные свидетельства ухудшения психического здоровья как прямого следствия снижения уровня прогестерона. Однако мы знаем, что прогестерон превращается в аллопрегнанолон в головном мозге и что он играет ключевую роль в ГАМК-рецепторе [10], который влияет на настроение и тревожность [3].

Молекулярные, клеточные и системно-биологические исследования менопаузы в головном мозге демонстрируют, что снижение уровня эстрогена оказывает широкое влияние на нервные процессы посредством геномных и негеномных механизмов. Кроме того, снижение уровня эстрогена связано с накоплением амилоидных бляшек, характерных для болезни Альцгеймера [4].

Нарушения сна и когнитивные расстройства

Женщины среднего возраста в перименопаузе часто жалуются на нарушение качества сна, уменьшение длительности сна, прерывистый сон и ночное апноэ. Начавшись в перименопаузе, эти жалобы усугубляются в постменопаузальном периоде [5]. Недостаток сна является фактором риска развития сердечно-сосудистых заболеваний, диабета, ожирения и нейроповеденческих нарушений [11, 12]. Сообщается о наличии тесной связи между нарушением сна с вазомоторными симптомами [5]. По данным Q. Zhou с соавторами, приливы, потливость, тревожность и депрессия у женщин в период пери- и постменопаузы являются факторами риска, влияющими на качество сна. Устранение этих факторов риска может улучшить качество сна у женщин в период пери- и постменопаузы, что предотвратит физические и психические расстройства, вызванные длительной тяжелой бессонницей [13].

Когнитивные проблемы и проблемы с памятью во время перименопаузы и менопаузального периода наблюдаются у двух третей женщин [3]. Когнитивные нарушения являются поздними проявлениями климактерического периода и часто приводят к нарушению профессиональных, бытовых социальных и других аспектов жизни женщин. В период менопаузы эти изменения проявляются ухудшением работоспособности, снижением скорости переключения с одного вида деятельности на другой и ослаблением памяти. Механизм формирования когнитивных расстройств включает снижение нейро- и синаптогенеза, системы вторичных мессенджеров; уменьшение внутриклеточного гомеостаза кальция, серотонинергической нейротрансмиссии, увеличение уровня кортизола. Все эти факторы в совокупности приводят к уменьшению эффектов влияния эстрогенов на нервную систему [14].

У женщин вероятность развития болезни Альцгеймера и других форм деменции почти в два раза выше, чем у мужчин. [15]. Гормональные изменения, связанные с менопаузой, также играют значительную роль. Снижение уровня эстрогена, который обладает нейропротективными свойствами, может сделать мозг более уязвимым к нейродегенеративным процессам. Это снижение может влиять на когнитивные функции, повышая риск развития болезни Альцгеймера и других форм деменции. [16].

Результаты многочисленных экспериментальных и клинических исследований показывают особую роль эстрадиола в качестве связующего звена между менопаузой и когнитивнымми нарушениями. Активность эстрогена обнаружена в областях центральной нервной системы, которые участвуют в регуляции настроения и когнитивных функций (префронтальная кора, гиппокамп), что является свидетельством влияния эстрогена на психическую и когнитивную сферы. Снижение его уровня оказывает влияние и на вегетативную нервную систему, что может вызывать такие симптомы менопаузы, как приливы, бессонница, изменения настроения, утомляемость, усиливая значимость когнитивных нарушений [17].

Учитывая это, менопауза является важным физиологическим периодом, поскольку она сопровождается интенсивными гормональными изменениями, которые могут быть непосредственной причиной снижения когнитивных функций. Раннее выявление симптомов когнитивных расстройств позволяет своевременно начать терапию когнитивных нарушений необходимыми лекарственными средствами [14].

Ацетилхолин и холин: ключевые регуляторы памяти

Ацетилхолин — это нейромедиатор, участвующий в передаче сигналов между нервными клетками, а также между нейронами и скелетными мышцами и органами-мишенями. Он также играет ключевую роль в способности мозга хранить и воспроизводить информацию [18]. Ацетилхолин играет важную роль в запоминании новой информации, и его недостаток может нарушать преобразование кратковременной памяти в долговременную, что связано с ингибирующим воздействием различных стимулов [19]. Ацетилхолин является ключевой сигнальной молекулой в центральной и периферической нервной системе. Его функции связаны с когнитивными изменениями после менопаузы, а также с нормальным и патологическим старением [20]. Холин является предшественником ацетилхолина, основного нейромедиатора, отвечающего за память, регуляцию настроения и мышечный контроль [21]. По мнению ученных, эстрогены, являются ключевым регулятором активности холинергических нейронов в головном мозге, а холинергическая система базального отдела переднего мозга, в частности, зависит от активности эстрогенов [20].

Помимо роли в работе мозга, холин выполняет ряд важнейших структурных и физиологических функций в организме, в том числе обеспечивает структурную целостность и сигнальную функцию клеточных мембран, способствует транспорту липидов и является источником метильных групп в рационе [20]. Холин необходим для выполнения биологических функций, связанных с когнитивными процессами. Холин также служит предшественником сфингомиелина и фосфатидилхолина, двух основных фосфолипидов клеточных мембран, включая нейроны и глиальные клетки [21].

Холин – это незаменимый микроэлемент, который содержится во многих продуктах (в печени, яйцах, зародышах пшеницы) [20], при этом холин может синтезироваться эндогенно в печени, что снижает восприимчивость к недостаточному поступлению с пищей, но его количество зависит от уровня эстрогенов [22]. Эстрогены являются основным регулятором синтеза холина [20].

Гормональные изменения во время менопаузы увеличивают риск дефицита холина [23]. В период менопаузы могут проявляться критические взаимосвязи между гормональным статусом, гомеостазом холина и риском нейрокогнитивных нарушений, а также открываться возможности для профилактических вмешательств [24].

Фармакологические методы лечения могут играть важную роль в снижении бремени когнитивных нарушений. В частности, они могут способствовать замедлению перехода от легких когнитивных нарушений к явной деменции [18]. Менопауза, как и другие периоды в жизни человека, которые характеризуются гормональными колебаниями и переходными процессами, может представлять собой критический период с точки зрения нейробиологии и момент, когда раннее вмешательство в питание может иметь потенциал для снижения когнитивных функций в дальнейшем [21, 25].

Прием холина благотворно влияет на работу мозга [20]. Высокая концентрация холинергических нейронов в областях мозга, ответственных за когнитивные функции, подчеркивает значимость холинергической передачи для процессов памяти, обучения и внимания. Одним из перспективных направлений является использование методов, направленных на восстановление или модуляцию холинергической активности [19].

Холин Стронг® — отечественная разработка

В нашей стране разработан и производится уникальная биологически активная добавка Холин Стронг®. В каждой капсуле Холин Стронга® содержится 500 мг холина битартрата и 60 мг экстракта листьев гинкго билоба. Кроме того, в состав Холин Стронга® входит пиперин повышающий усвояемость активных компонентов. Соединения, обладающие различными механизмами фармакологического действия и однонаправленными векторами системного действия, усиливают эффекты друг друга [19, 26].

Учеными проведено сравнительное исследование с целью оценки фармакокинетики холина при приеме двух препаратов, содержащих разные формы холина: холина альфосцерата и комплекса L-холина битартрата с экстрактом гинкго билоба. У обоих лекарственных средств были сопоставимые временные параметры всасывания и элиминации. При этом Холин Стронг® продемонстрировал более высокие средние значения максимальной концентрации холина в плазме, а также более быстрое достижение пиковых концентраций холина в плазме крови. Данные полученные в исследовании указывают на потенциальное фармакокинетическое преимущество комбинированной формулы продукта Холин Стронг® перед Холин альфосцератом [19].

«

В исследовании В.В. Афанасьева с соавторами все пациенты очень хорошо переносили терапию Холином Стронг®, нежелательных явлений и отказов от лечения зарегистрировано не было, что указывает на высокий профиль его безопасности. Холин Стронг® показал высокую клиническую эффективность в лечении пациентов, страдающих астенией и когнитивной дисфункций додементного уровня.

Результаты исследования показали выраженное улучшение по всем ключевым показателям: улучшились когнитивные функции на 17% по всем использованным шкалам и тестам («концентрация внимания», «рабочая память», «скорость обработки информации» и т.д.). Объем внимания увеличился в 3,6 раза. А также уменьшились симптомы астении на 39% и реактивной тревожности на 42%, а качество сна улучшилось на 25%. Наиболее заметные изменения наблюдались к 60-му дню терапии, что указывает на необходимость длительного приема Холина Стронг®, не менее 3-х месяцев [27].

Список литературы

1. Sochocka M., Karska J., Pszczołowska M., Ochnik M., Fułek M., Fułek K., Kurpas D., Chojdak-Łukasiewicz J., Rosner-Tenerowicz A., Leszek J. Cognitive Decline in Early and Premature Menopause. Int J Mol Sci. 2023;24(7):6566. doi: 10.3390/ijms24076566.
2. Salari N, Hasheminezhad R, Hosseinian-Far A, Rasoulpoor S, Assefi M, Nankali S, Nankali A, Mohammadi M. Global prevalence of sleep disorders during menopause: a meta-analysis. Sleep Breath. 2023;27(5):1883-1897. doi: 10.1007/s11325-023-02793-5.
3. Crockett C., Lichtveld G., Macdonald R., Newson L., Rampling K.J. Menopause and Mental Health. Adv Ther. 2026;43(1):98-108. doi: 10.1007/s12325-025-03427-w.
4. Mosconi L., Berti V., Dyke J., Schelbaum E., Jett S., Loughlin L., Jang G., Rahman A., Hristov H., Pahlajani S., Andrews R., Matthews D., Etingin O., Ganzer C., de Leon M., Isaacson R., Brinton R.D. Menopause impacts human brain structure, connectivity, energy metabolism, and amyloid-beta deposition. Sci Rep. 2021;11(1):10867. doi: 10.1038/s41598-021-90084-y.
5. Гаспарян С.А., Чотчаева А.М., Карпов С.М. Когнитивные и психоэмоциональные нарушения у женщин периода менопаузального перехода: возможности медикаментозной коррекции. Проблемы эндокринологии. 2023. Т. 69. № 1. С. 86-95.
6. Gava G., Orsili I., Alvisi S., Mancini I., Seracchioli R., Meriggiola M.C. Cognition, Mood and Sleep in Menopausal Transition: The Role of Menopause Hormone Therapy. Medicina (Kaunas). 2019;55(10):668. doi: 10.3390/medicina55100668.
7. Greendale G.A., Han W., Huang M., Upchurch D.M., Karvonen-Gutierrez C., Avis N.E., Karlamangla A.S. Longitudinal Assessment of Physical Activity and Cognitive Outcomes Among Women at Midlife. JAMA Netw Open. 2021;4(3):e213227. doi: 10.1001/jamanetworkopen.2021.3227.
8. Maki P.M., Thurston R.C. Menopause and brain health: hormonal changes are only part of the story. Front Neurol. 2020;11(6):421-427. doi: https://doi.org/10.3389/fneur.2020.562275.
9. Herson M., Kulkarni J. Hormonal Agents for the Treatment of Depression Associated with the Menopause. Drugs Aging. 2022;39(8):607-618. doi: 10.1007/s40266-022-00962-x.
10. Nagy B., Szekeres-Barthó J., Kovács G.L., Sulyok E., Farkas B., Várnagy Á., Vértes V., Kovács K., Bódis J. Key to Life: Physiological Role and Clinical Implications of Progesterone. Int J Mol Sci. 2021;22(20):11039. doi: 10.3390/ijms222011039.
11. Schaedel Z., Holloway D., Bruce D., Rymer J. Management of sleep disorders in the menopausal transition. Post Reprod Health. 2021;27(4):209-214. doi: 10.1177/20533691211039151.
12. Zeng W., Xu J., Yang Y., Lv M., Chu X. Factors influencing sleep disorders in perimenopausal women: a systematic review and meta-analysis. Front Neurol. 2025;16:1460613. doi: 10.3389/fneur.2025.1460613.
13. Zhou Q., Wang B., Hua Q., Jin Q., Xie J., Ma J., Jin F. Investigation of the relationship between hot flashes, sweating and sleep quality in perimenopausal and postmenopausal women: the mediating effect of anxiety and depression. BMC Womens Health. 2021;21(1):293. doi: 10.1186/s12905-021-01433-y.
14. Ткач В.В., Нуриддинова Э.С., Ткач А.В. Когнитивные расстройства у женщин в период менопаузы. Научное обозрение. Медицинские науки. 2022. № 3. С. 91-96.
15. Zhao Y., Wang Q., Fu C., Li M., Hao W., Wang X., Song Q., Zhu D. Sex Hormones and Risk of Incident Dementia in Men and Postmenopausal Women. Clin Endocrinol (Oxf). 2025;103(3):366-375. doi: 10.1111/cen.15271.
16. Белугин С.Н., Князева З.Я., Гориенко А.А. В сборнике: Сахаровские чтения - 2025: экологические проблемы XXI века. Материалы 25-й Международной научной конференции. В 2-х частях. Минск, 2025. С. 163-166.
17. Якупов Э.З., Жамиева Р.А. Когнитивные нарушения и эмоциональные расстройства и их коррекция у женщин в перименопаузальном периоде. Журнал неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. 2024;124(6):48-53.
18. Sagaro G.G., Traini E., Amenta F. Activity of Choline Alphoscerate on Adult-Onset Cognitive Dysfunctions: A Systematic Review and Meta-Analysis. J Alzheimers Dis. 2023;92(1):59-70. doi: 10.3233/JAD-221189.
19. Коберская Н.Н., Крыжановский С.М., Родюкова И.С., Алиева Л.Х. Начальные формы когнитивного снижения. Поведенческая неврология. 2025. № 1. С. 22-31.
20. Dumas J.A., Testo A., Miller A.S., Ozahl A., Potts C., Zhang J., Aboukhatwa M., Boyd J. Oral Choline Reduced Working Memory-Related Brain Activation in Postmenopausal Women: A Pilot Study. Nutrients. 2026;18(3):459. doi: 10.3390/nu18030459.
21. Cowan-Pyle A.E., Wallace T.C., Klatt K.C., Slavin M., Bailey R.L. Dietary choline and betaine intake minimally impacts rate of annualized cognitive performance throughout the menopause transition: data from the Study of Women's Health Across the Nation. Menopause. 2024;31(10):853-861. doi: 10.1097/GME.0000000000002408.
22. Wallace T.C., Blusztajn J.K., Caudill M.A., Klatt K.C., Zeisel S.H. Choline: the neurocognitive essential nutrient of interest to obstetricians and gynecologists. J Diet Suppl 2020;17:733–752. doi: 10.1080/19390211.2019.1639875.
23. Rahman A., Schelbaum E., Hoffman K., Diaz I., Hristov H., Andrews R., Jett S., Jackson H., Lee A., Sarva H., Pahlajani S., Matthews D., Dyke J., de Leon M.J., Isaacson R.S., Brinton R.D., Mosconi L. Sex-driven modifiers of Alzheimer risk: A multimodality brain imaging study. Neurology. 2020;95(2):e166-e178. doi: 10.1212/WNL.0000000000009781.
24. Bortz J., Klatt K.C., Wallace T.C. Perspective: estrogen and the risk of cognitive decline: a missing choline(rgic) link? Adv Nutr. 2022;13:376–387. doi: 10.1093/advances/nmab145.
25. Stover P.J., Field M.S., Andermann M.L., Bailey R.L., Batterham R.L., Cauffman E., Frühbeck G., Iversen P.O., Starke-Reed P., Sternson S.M., Vinoy S., Witte A.V., Zuker C.S., Angelin B. Neurobiology of eating behavior, nutrition, and health. J Intern Med. 2023;294(5):582-604. doi: 10.1111/joim.13699.
26. Захаров В.В., Искра Д.А., Янишевский С.Н., Афанасьев В.В., Васенина Е.В., Вахнина Н.В., Захаров Д.В., Табеева Г.Р. Когнитивные нарушения и астения Новые стратегии терапии (резолюция совета экспертов, 18 декабря 2023 г.). Поведенческая неврология. 2024;1:52-56. DOI: 10.46393/27129675_2024_1_52.
27. Афанасьев В.В., Пугачева Е.Л., Порхун Н.Ф., Петрова Н.В., Климанцев С.А. Применение холинотропных и серотонинергических средств в лечении астенического синдрома и когнитивной дисфункции. Обозрение психиатрии и медицинской психологии имени В.М. Бехтерева. 2025;59(4):45-58.